– Но зачем? Почему?

– Потому, что он тебя любит.

– Это бессмыслица!

– Многое кажется бессмысленным, если смотреть вблизи. Отойди на шаг в сторону и попытайся увидеть всю картину целиком. – Богиня пощупала красивый шелк. – Знай, дочь моя, что ради тебя была принесена огромная жертва. Многие невесты приходят в этот храм за моим благословением. Они просят послать им добродетельного мужа и мечтают о счастливой жизни. Ты тоже этого хочешь, Келси? Ты хочешь связать свою жизнь с честным и благородным юношей?

– Я… честно говоря, я пока не задумывалась о браке. Но да, конечно, я бы хотела прожить жизнь с человеком честным и благородным, чтобы он был мне другом. Я хочу любить его без сожалений и раскаяния!

Богиня улыбнулась мне.

– Сожалеть – значит испытывать разочарование в себе и своем выборе. Мудрый человек видит, что его жизнь подобна каменному броду через широкую реку. Нельзя проделать весь путь, ни разу не оступившись. Никто не перейдет на другой берег, не замочив ног. Но следует помнить, что цель пути – очутиться на другом берегу, а не сохранить чистоту башмаков. Сожаления – удел тех, кто не понимает смысла жизни. Эти несчастные настолько упиваются своим разочарованием, что так и остаются на середине реки, не в силах сделать следующий шаг.

Я кивнула.

Дурга наклонилась и погладила меня по голове:

– Не бойся. Он будет твоим другом и твоим верным спутником. И ты будешь любить его еще сильнее и крепче, чем любила до сих пор. Ты полюбишь его так, как он любит тебя. И будешь счастлива.

– Но кто он? Который из братьев?

Вместо ответа богиня лишь улыбнулась:

– Но я не забыла о твоей сестре Нилиме. Думаю, такая преданная женщина тоже заслуживает любви. Возьми вот это. – Дурга сняла со своей шеи гирлянду лотосов и подала мне. – В этих цветах нет никакой волшебной силы, если не считать того, что они никогда не вянут, но в свое время они придут вам на помощь. Дитя мое, учись у лотосов. Этот цветок цветет в мутной стоячей воде. Он открывает солнцу свои нежные лепестки и наполняет воздух нежным ароматом, но в то же время его корни погружены в самую грязь, в самую суть смертного бытия. Без этой основы нежный лотос завянет и умрет.

Она повесила гирлянду мне на шею.

– Опустись глубже и пусти сильные корни, дочь моя, только тогда ты сможешь вытянуться вверх, вырваться из воды и обрести покой на безмятежной поверхности. Ты должна как можно скорее понять, что если не вырастешь – утонешь, если не вытянешься – навсегда останешься под водой, никогда не расцветешь и не поделишься своими сокровищами с другими.

Я кивнула и вытерла слезы. Руки Дурги вновь пришли в движение и стали твердеть, медленно наливаясь золотым цветом.

– Пора расставаться, бесценное дитя мое. Возьми Фаниндру.

Змея несколько раз выстрелила язычком, потом сползла с талии богини и обвилась вокруг моей руки. Жидкое золото стало пониматься от пола вверх по трону, заливая кораллы и морские звезды.

– Когда попадешь в город Семи пагод, отыщи Береговой храм. Там тебя будет ждать женщина. Она укажет тебе, что делать дальше.

– Спасибо тебе! За все.

Коралловые губы богини в последний раз изогнулись в улыбке и застыли. Жидкое золото залило ее лицо и тело, она вновь превратилась в статую. Кусок шелка свисал с ее неподвижной руки, словно кто-то из молящихся вложил его в кулак богини.

– До свиданья!

Я отвернулась от статуи и погладила Фаниндру пальцем по головке. Снова вспыхнул свет, зал приобрел свой прежний вид. Вдыхая сладкий аромат лотосов, я побрела через храм к выходу, где уже ждал джип. От цветов пахло чем-то цитрусовым, похожим на аромат грейпфрута. Это был очень легкий, цветочный и женственный запах, с нотками жасмина и гардении. Я так глубоко задумалась над словами Дурги, что вздрогнула, когда теплая рука легла на мой локоть.

– Ты в порядке?

– Да, все замечательно. Совсем не обязательно было ждать меня здесь, Кишан.

Он поцеловал меня в лоб:

– Еще как обязательно! Идем. Все уже в машине. Пора возвращаться на яхту.

Когда мы вернулись на корабль, Рен отдал Кишану трезубец и снова исчез.

11

Пляжная вечеринка

Когда я проснулась на следующее утро, «Дэчень» снова была в пути. После завтрака я присоединилась к Уэсу, мистеру Кадаму, Кишану и хмурому Рену в медиатеке, чтобы прослушать урок об акулах. Сначала мы посмотрели несколько фильмов о поведении акул в естественной среде обитания. Уэс сказал, что не видит смысла показывать нам видео о нападении акул на людей, поскольку это может вызвать страх.

– Чем меньше вы поддадитесь панике, тем выше ваши шансы спастись, – сказал он. – Главное, что следует знать об акулах, – это научиться не привлекать к себе их внимание. Акулы любят крутиться между песчаными отмелями, возле крутых обрывов и в любых других местах, где много рыбы. Если вы заметите в каком-то месте большое скопление птиц, значит, там сытный обед, а где еда, там акулы. Старайтесь не погружаться в то время, когда акула трапезничает – то есть на рассвете, на закате и ночью. Хотя, если еда вкусная, акула может набивать брюхо в любое время суток. Не носите яркую, блестящую, броскую одежду. Лучше всего приглушенные оттенки, как у ваших гидрокостюмов. Блестки и яркие вставки похожи на отсветы рыбьей чешуи в воде.

Рен поднял голову и посмотрел на меня:

– Нужно будет купить тебе черный купальник в ближайшем порту.

– По-моему, это ты настоял, чтобы я купила яркий.

– Возможно, но я рад, что ты больше не будешь его носить. Он слишком… привлекает внимание.

Я метнула на него злобный взгляд через всю комнату:

– Ты не забыл, что больше не имеешь никакого отношения к моей жизни? Захочу привлечь чье-то внимание и привлеку, тебя не спрошу!

Рен с угрозой ответил:

– Прекрасно. Привлекай всех акул в океане, на здоровье. Ты этого хочешь?

– Да ты только порадуешься! Тебе будет гораздо проще, если меня сожрет гигантская акула! Это разом решит твои проблемы, правда?

Кишан не выдержал, ткнул Рена в плечо и сказал:

– Келси, никто не хочет, чтобы тебя проглотила гигантская акула. Даже такой злодей, как Рен.

Мы с Реном еще несколько секунд продолжали сверлить друг друга гневными взглядами, пока Уэс не засмеялся.

– Эй! Да вы двое пышете жаром, что твой торнадо над вулканом в преисподней! Как бы вы, дружочки, не расплавили все болты в обшивке яхты.

– Прости, Уэс, но он первый начал, – процедила я.

– И буду счастлив закончить.

– Только попробуй, упрямый…

Рен холодно улыбнулся и парировал:

– Строптивая.

– Упертый!

– Безрассудная!

– Тупоголовый, медноголовый, тигроголовый…

– Тигроголовый? – озадаченно переспросил Уэс.

Кишан пожал плечами.

Но я уже закусила удила и не могла остановиться.

– Безжалостный, бесчувственный, бездушный, бессердечный человек!

Рен вскочил и заорал:

– Прекрасно! Да провались ты! Носи что хочешь! Плавай голышом, мне плевать. Любая акула, которая тебя проглотит, заработает язву желудка и выплюнет тебя непереваренной!

– Ха! У вас с ней много общего, не находишь?

Уэс всплеснул руками:

– Ну все, довольно! Давайте сделаем перерыв и искупаемся. Нилима оставила для нас в баре фруктовые напитки. Может, вы пойдете туда, выпьете по стаканчику, обсудите все хорошенько, а когда остынете, вернетесь?

Я со всех ног бросилась к бару, Рен молча пошел следом. Подскочив к подносу, я едва сдержалась, чтобы не выплеснуть стакан в лицо Рену. Пришлось сделать несколько глубоких вдохов, все время чувствуя между лопаток его пристальный взгляд. Рен был у меня за спиной, его тепло просачивалось под мою кожу, щекотало нервы. Но вот он обогнул меня и потянулся за своим стаканом, нарочно коснувшись моей руки.

– Почему ты все усложняешь, Келси?

– А ты почему?

– Можешь мне не верить, но я всеми силами стараюсь облегчить ситуацию.