Магг Ната

Дар рода Острожских

ДАР РОДА ОСТРОЖСКИХ.

Воспитывала, учила житейским мудростям, одевала, как могла и кормила за свою небольшую пенсию, меня, моя бабуля с очень старым русским, добрым именем Агафья. Я же, за ее острый ум, находчивость и понимание людей, называла ее Агатой, именем классика детективов. Она всегда подсмеивалась над этим сравнением, но с годами привыкла отзываться на него. Теперь, и соседи забыли про настоящее ее имя, так подошло ей прозвище известной писательницы.

Мои родители навещали нас редко. Они всегда приезжали без предупреждения, наездами. Долго не задерживались, убеждались, что у нас все хорошо, оставляли деньги, и опять отправлялись в экспедицию, заниматься своим любимым делом. Раскапывать древности, находить редкие артефакты, и осквернять усыпальницы. У нас уже собралось довольно много исторических реликвий, и мне было не понятно, почему их не сдают в музеи, или хотя бы не продают, что очень бы облегчило наше материальное положение с бабулей. Но, мама категорически не хотела расставаться с этими уникальными находками, а папа запретил выносить из дома хоть что - то из таких важных для него вещей. Поэтому, мы ревностно охраняли, сложенную в ящики древнюю рухлядь. Так ее называла я, и бабуля была согласна со мной. Она злилась, что это все должно храниться малометражке из двух комнат, потому что нам и самим там было тесновато.

В детстве я рылась в родительских сокровищах. Рассматривала грубо высеченные из камня статуэтки, разные украшения, сделанные из неизвестного металла и причудливых камней. Все это нуждалось в реставрации и чистки, может, потом они и смотрелись бы богато, но меня всегда охватывал трепет, волнение и тревога, от прикосновения к глубокой древности. Вот, например, этот браслет, сделанный из серебра. Он не очень изящный, как современные украшения, но широкий и массивный. Стоило мне закрыть глаза, как передо мной открылось древнее поселение. По узкой, вытоптанной лошадьми улице, идет молодая женщина. Вот она подходит к городскому источнику, похожему на фонтан, и набирает в глиняный кувшин воду. На ее запястье сверкнуло украшение, которое я сейчас держала в руке. Такие видения, сначала, пугали меня, но потом даже нравилось смотреть на них.

А это, завернутая в лоскут, статуэтка единорога. Он был вылит из желтого металла, и родители говорили, что это золото. Мы с Агатой не верили, они часто фантазировали, рассказывая о своих походах, представляя все сказочно интересным для такого ребенка, как я. Вот опять удаляюсь от действительности, и попадаю в богато убранный дом. Там много ковров, горит, украшенный цветными узорами из камня, очаг. Возле него лежит шкура убитого зверя, не понятного окраса. За столом сидит семья из пяти человек. Молодой мужчина, женщина, двое детей и один совсем седой старик. Он ругает внука, что тот без спроса взял играть со святого Алтаря статуэтку, обозначающую священное животное Бога Сварога. Он грозит карой малышу, и тот горько плачет.

- Значит это лошадка, точно, золотая, - рассматривала я находку родителей. Наверное, это интересно раскапывать старину, и узнавать, как жили наши предки. Мне представлялся старый город с деревянными избами для бедных и каменными домами богатых горожан. Они жили, любили, рожали детей. Трудились на полях и занимались ремеслами. Но случилась беда, и их город разрушили не ведомые силы. Они погребли под руинами не только все строения и труды селян, но и население, которое не смогло спастись.

- Не увлекайся Дарья этими проклятыми находками. Они поглотили в себя много страданий, слез, горя и страх смерти, от народов, которые их носили, любили и ценили, как святыню, - горестно вздыхала бабуля, видя мой затуманенный и отстраненный взгляд. Она быстро прятала все назад в ящик, и уговаривала меня больше не брать эти жуткие вещи.

- Древние никогда не простят нарушителей их покоя. Твои родители никак не могут остановиться, они одержимы поисками вечного счастья, и не понимают, что его нет в прошлом, у мертвых. Оно здесь с нами, в нашей семье. Их кружит зло, не давая покоя, и они мечутся по всему свету, пытаясь отыскать неведомое.

Так говорила загадками бабуля, и мне было страшно расспрашивать ее дальше. Однако, я тайком ходила в библиотеку, доставала нужные книги и пыталась найти отгадки таинственных поисков моих одержимых родителей. Конечно, ответов там не было и не могло быть. Повзрослев, я смирилась с поражением, и продолжала жить дальше, пытаясь понять их и простить. Правда, все еще боролась с детской обидой, и очень скучала без веселого, сильного отца, и его сказочных рассказов об опасных походах. Не хватало нежной заботы красавицы мамы, с ее огненной копной не послушных волос, ласковых огромных темно зеленых глаз, которые получила от нее по наследству, и тихого, завораживающего голоса. Они любили меня и уважали бабулю, но не могли жить без своей работы, а я должна была получить образование. Может, потом, когда окончу институт, мы все вместе сможем ходить в походы и разгадывать опасные тайны. Это была моя мечта, которую я скрывала от Агаты. Мне не хотелось расстраивать ее еще больше.

- Посмотришь, моя девочка, - всегда говорила она, - это не принесет счастья твоим родителям. Они хотят могущества и вечную жизнь, но не понимают, что за все дары, Боги берут высокую плату, и она может быть не по силам простым людям. Зачем я все рассказала твоей матери, это мой грех, и мне за него платить перед Светом.

Опять говорила бабуля загадками, от которых мурашки шли по телу, а язык не повиновался спросить, о каком грехе она твердит. Иногда, я начинала переживать за ее разум, но потом Агата смеялась, готовила вкусный обед, и все не веселые мысли забывались.

Последние годы родители приезжали все реже. Они изменились. В глазах, когда то озорных и задорных затаилась грусть и разочарование. Находок, как всегда было много, но их сбрасывали в ящики, без захватывающих рассказов и объяснений. Мама молча и многозначительно пересматривалась с бабулей, а я, больше не решалась расспрашивать отца о походах, понимая, что им не хочется говорить сейчас об этом.

- Дарья, я оставлю тебе эту вещь, - шептала мама, наклонившись ко мне очень близко, когда я лежала в постели, пытаясь заснуть, - это осколок Синь - Камня. Мы с папой случайно нашли его около реки Томь. В древние времена все жаждали чуда от волшебного валуна, пытаясь молиться ему, носить кусочек всегда с собой, как украшение, и даже скушать, предварительно измельчив на порошок, поэтому он был весь искореженный от топоров и пил. Местные церковные служащие называли его "каменный бес", пытаясь утопить, закопать и сбросить со скалы, а он всегда возвращался, чтобы помогать в бедах людям. Но, когда глупый народ стал растаскивать этот древний артефакт по кускам, камень сам пропал. Я случайно наткнулась на записи в древних книгах, что нужно найти заклятье светлых сил, и камень начнет опять работать и помогать во всем своему хозяину. Может тебе суждено разгадать эту тайну, и стать могущественной спасительницей нашего рода. У нас с папой не получилось, - тихо заплакала мама, крепко обняла меня, и, обернувшись уже у дверей, добавила, - береги его, он принесет счастье всем Острожским. Сила и власть семьи возродится. Мне не дано этого свыше, а тебе, рожденной под звездой бога Сварога, дарована удача во всем, ты наш Дар.

Уже утром, когда проснулась, и поняла, что родители опять уехали, не попрощавшись, и не найдя нигде камень, решила, что весь наш разговор с Ритой, мне привиделся. У меня часто перед глазами появлялись причудливые картины старины, которые вычитывала из маминых книг, или рассказов отца, поэтому, была не удивлена и этому видению. Бабуля говорила, что я очень впечатлительная, у меня сильно развито воображение, и что я не исправимая мечтательница. Со временем наш разговор с мамой забылся, как и многое другое.